А ведь мы постоянно воспроизводим и поддерживаем его существование самой системой "исправительно-трудовых"!
8. ПЕРЕКОВКА, ПЕРЕСТРОЙКА, РЕВОЛЮЦИЯ
Перевернутый мир лагеря занимал меня поначалу, естественно, в сугубо личном плане: как тут нормальному человеку уцелеть, выжить, не утратив человеческого достоинства. Вроде бы для меня лично этот вопрос был решен самим фактом моего возвышения. Но столь же естественно для меня как для ученого было поставить вопрос в обобщенной форме. Не всякий может стать "угловым". В конце концов в каждом бараке только четыре угла. Коль скоро ранг обеспечивает меня лично "экстерриториальность", то я, надо полагать, вижу и, придерживаюсь невмешательства, сохраню здоровье. Но если не вмешиваться, то можно ли сохранить достоинство при виде всего, что творится во круг?
От наблюдений и размышлений я перешел к более активному поведению. Используя свою влиятельность, свой авторитет, стал помогать жертвам "беспредела" - тем, кого "напрягали" (притесняли). Особенно старался выручить людей, случайных в уголовном мире, молодых. Но их было так много! Мои жалкие потуги терялись, тонули в беспредельном море "беспредела". По-настоящему помочь можно было, только сломав этот порядок. Кого можно было поднять против него?
С самими угнетенными - с чушками - разговаривать было и немыслимо ("западло" даже подходить к ним) и незачем (боятся, а то и выдадут ворам). Иное дело - с мужиками. Да и среди воров было много недовольных, обделенных, обиженных. Возможность для тайных бесед была: по строгому правилу "зоны", если двое "базарят" (беседуют), третий не подходит, жди, пока пригласят: мало ли о чем они сговариваются - может, о "деле", о "заначках" и тому подобное. Не знать лишнего - полезнее для здоровья. Осторожно, исподволь я заводил разговоры о зловредности кастовой системы, о несправедливости воровского закона, о возможности сопротивления - если сплотиться, организоваться... Люди слушали, глаза их разгорались, и кулаки сжимались. Постепенно созревал план ниспровержения воровской власти. Было понятно, что без боя воры не сдадут своих позиций. Надо было запасаться союзниками и точить ножи.